В каком-то смысле 10-летний Джанкарло – один из счастливчиков. Он все еще ходит в школу.
Каждое утро он и его семья собираются и покидают свою квартиру в Миннеаполисе, чтобы дождаться автобуса. Его младший брат несет его рюкзак, хотя он перестал ходить в детский сад несколько недель назад, потому что их мама слишком боится его нести.
Пока они ждут за кованым забором, мать Джанкарло уводит детей в тень дерева, чтобы помолиться. Это единственный раз, когда он перестает осматривать улицы в поисках иммиграционных агентов.
«Боже, пожалуйста, защити моего сына, когда меня нет дома», — говорит он по-испански. Она поговорила с Associated Press при условии частичной анонимности семьи, поскольку они опасаются, что их преследуют иммиграционные власти.
Для многих семей иммигрантов в Миннесоте отправка ребенка в школу требует веры в то, что федеральные иммиграционные агенты, развернутые по всему штату, не остановят их. Тысячи детей остаются дома, часто из-за отсутствия транспорта или просто отсутствия доверия.
Страх стал реальностью. Задержаны многие родители и некоторые дети, в том числе 5-летний Лиам Конехо Рамос, который вместе со своим отцом, родом из Эквадора, был задержан в Колумбия-Хайтс, пригороде Миннеаполиса, когда возвращался домой из школы. Их отправили в центр заключения в Техасе, но они вернулись после того, как судья постановил их освободить.
Школы, родители и общественные группы мобилизовались, чтобы помочь учащимся добраться до занятий, чтобы они могли учиться, общаться и иметь постоянный доступ к еде. А для тех, кто все еще отправляет своих детей, поездка в школу и обратно — один из немногих рисков, на которые они готовы пойти.
«Я не буду чувствовать себя в безопасности, если он пойдет в школу», — сказала мать Джанкарло, качая головой. «Но каждый день он просыпается и хочет уйти. Он хочет быть со своими друзьями».
Школа остается убежищем во времена беспорядков
Начальная школа Джанкарло в Миннеаполисе – лучшее, что с ним случалось за последнее время. На перемене можно поиграть в футбол. Диктофон, которому нужно научиться. Джанкарло намеревается научиться играть на флейте в следующем году, когда пятиклассники выберут инструмент. У него «слишком много» (слишком много) лучших друзей, чтобы назвать их.
Но домашнее заключение матери и брата тяготит его. Он откладывает половину еды, которую получает на школьных завтраках и обедах, чтобы поделиться с ними, и в этом году он похудел на четыре фунта. Она с особым вниманием приносит пиццу или гамбургеры, угощает семью едой, которую они ели в ресторанах, когда ее мать, просительница убежища из Латинской Америки, еще работала, и они чувствовали себя в безопасности, выходя из дома. Джанкарло также попросил убежища, а его брат Яир имеет гражданство США.
Иногда приходят только семь одноклассников Джанкарло, хотя должно быть около 30. «Учителя плачут», – сказал он. «Это грустно».
Поскольку в этом году по штату бродят до 3000 федеральных агентов, некоторые родители-иммигранты делают ставку на то, что их детям будет безопаснее путешествовать или гулять с белыми жителями Миннесоты, которые всего несколько недель назад были чужими, а не в собственных машинах или держась за руки.
Одна мать, иммигрантка из Мексики, уволилась с работы по уборке дома, а ее муж перестал ходить на стройку, чтобы свести к минимуму вероятность задержания. Ее 10-летняя дочь, родившаяся в США, единственная, кто выходит из дома, а родители еще одной ученицы забирают ее в частную христианскую школу в Миннеаполисе.
«Это повышает мое кровяное давление», — сказала мать. Она говорила на условиях анонимности, опасаясь нападения со стороны иммиграционных властей.
В школах городов-побратимов резко возросло количество прогулов
Согласно давнему руководству, которое было отменено администрацией Трампа, школы и другие «чувствительные места», такие как больницы и церкви, ранее считались закрытыми для агентов иммиграционной и таможенной полиции и других иммиграционных чиновников. Дети, независимо от их иммиграционного статуса, имеют конституционное право посещать государственную школу.
Этой зимой прогулы в школе и спрос на онлайн-обучение возросли, поскольку на школьных парковках появились иммиграционные агенты.
По данным агентства AP, в Сент-Поле 14 января отсутствовало более 9000 студентов, то есть более четверти из 33000 студентов округа. В Фридли, пригороде Миннеаполиса, посещаемость школ упала почти на треть, согласно иску, поданному округом на этой неделе с требованием заблокировать операции иммиграционного контроля возле школ.
Дети отправили письма суперинтенданту Сент-Пола Стейси Стэнли, умоляя ее предложить онлайн-обучение. Во время интервью ее голос дрожал, когда она читала письмо ученицы начальной школы: «Я не чувствую себя в безопасности, придя в школу из-за ICE».
Когда округ ввел возможность временного виртуального обучения, за первые 90 минут зарегистрировались более 3500 студентов. С тех пор это число выросло до более чем 7500 студентов.
Школьный товарищ и охранник для маленькой девочки.
В среду после уроков около 20 учителей и директор на пенсии собрали главный офис начальной школы Valley View, где Лиам Конехо Рамос ходит в детский сад, на информационную сессию, а затем сопроводили детей, живущих неподалеку от дома. Представители школы сообщили, что были задержаны еще несколько учеников и более двух десятков родителей.
«Мы живем в месте, где ICE повсюду», — сказал Рене Аргета, представитель школы по связям с семьей. Аргета, сам иммигрант из Сальвадора, организовал учителей, которые ходили пешком и отвозили учеников домой и обратно.
Накануне во время увольнения группа столкнулась с федеральными агентами по соседству. Аргета счел необходимым успокоить некоторых расстроенных встречей учителей.
«Ваша единственная цель — вернуть студентов домой, независимо от того, что они увидят», — сказал он группе. «Мы не подходим к ICE. Мы не достаём телефоны».
Раздав рации, Аргета и двое других учителей столкнулись с группой из 12 детей, ожидавших их в коридоре. Аргета взял за руку младшего ребенка, дошкольника, и повел группу на улицу.
В конце очереди учительница второго класса Дженна Скотт болтала с бывшей ученицей, а теперь третьеклассницей. Он старался вести разговор непринужденно.
«Я так рад увидеть ваш дом», — сказал ему Скотт.
«Вы записались на родительское собрание?»
«Нет, мисс ICE», — сказала девушка.
«Я знаю. Скажи своим родителям, что на этот раз ты можешь сделать это онлайн».
Тогда третьеклассница побежала домой. После этого Скотт сказал, что 10-минутная прогулка — это тонкий танец. «Вы не хотите напугать детей, но вы также хотите, чтобы они шли быстро».
Накануне, по словам Аргеты, они провожали студентов домой, когда услышали гудки машин, предупреждающие о том, что иммиграционные агенты находятся поблизости. Девушка впереди запаниковала и побежала в сторону Аргеты.
«ICE приближается», — крикнул он.
Он взял ее за руку и продолжил идти. Она спросила его, боится ли он.
Нет, сказал он.
Он спросил, есть ли у него документы, легально ли он находится в стране. У Аргеты есть грин-карта и разрешение на работу, но он солгал. Он сказал ей «нет», чтобы она не чувствовала себя одинокой.
Ее рука расслабилась в его. Она снова улыбнулась.
Он держал ее за руку, пока они не подошли к двери, и она не вошла вместе со своей матерью.
___
В подготовке этого репортажа участвовала журналистка Associated Press Шэрон Лурье из Филадельфии.
___
Освещение Ассошиэйтед Пресс образования получает финансовую поддержку от нескольких частных фондов. AP несет полную ответственность за весь контент. Ознакомьтесь со стандартами AP по работе с благотворительными организациями, списком сторонников и финансируемыми зонами покрытия на AP.org.
